igor_piterskiy (igor_piterskiy) wrote,
igor_piterskiy
igor_piterskiy

Categories:

Как два года жизни при социализме сделали меня сторонником капитализма.



1. Обстоятельства

В 1985-м году моя семья переехала в Израиль на два года, сыграв свою роль в возвращении ранее невостребованной части нашего библейского наследия. Итак, вместе с 35-ю другими молодыми семьями мы стали соучредителями новой общины Неве-Ализа в Гинот-Шомрон («Сады Самарии»), в самом сердце Самарии, северной части того, что ошибочно называют «Западным берегом». С тех пор Неве-Ализа выросла на 600%, а Гинот-Шомрон теперь входит в состав более крупной агломерации Карней-Шомрон. В Карней-Шомроне сейчас проживает около 8000 человек, что примерно соответствует населению Малибу или Седоны, штат Аризона. Ненавистники Израиля называют это «поселением на Западном берегу».

В те годы Израиль управлялся преимущественно согласно социалистическим экономическим принципам. Израильские правящие институты, всегда демократические, тем не менее были основаны глубоко нерелигиозными и даже антирелигиозными светскими социалистами, бежавшими из царской России в конце 19-го века. В течение полувека, до ошеломляющей победы Менахема Бегина на выборах 1977-го года, Израилем управляли коалиции, возглавляемые левой Партией труда. Они построили социалистические кибуцы (сельскохозяйственные социалистические коллективные хозяйства), которые идеализировались либеральными СМИ. Они были любимцами леволиберальных СМИ в первые годы зарождения Израиля, включая таких людей, как Бен-Гурион, Рабин, Даян, Голда Меир. Все - левые социалисты.

Сегодня и уже несколько последних десятилетий кибуцное движение и социализм Израиля почти мертвы. Вот почему социалист Берни Сандерс стал первым, кто начал проводить антиизраильскую политику в Демократической партии. Сегодняшние израильтяне презирают и отвергают социализм (за пределами академических кругов, основных средств массовой информации и индустрии развлечений - звучит знакомо?). Левая Партия труда находится в упадке. Правит коалиция центристов и консерваторов Биньямина Нетаньяху "Ликуд".

(Между тем, по сей день Америка получает от своих инвестиций в оборону Израиля такие же или большие денежные и военно-стратегические выгоды по сравнению с тем, что она вкладывает. Как правило, большая часть американских ассигнований на оборону Израиля должна тратиться на оборудование и материалы американского производства. Дальше американское оружие проходит боевые испытания против советского оружия, и Израиль впоследствии делится опытом, извлеченным из боевых действий, с американским военным руководством и его подрядчиками. Затем вносятся изменения, часто с усовершенствованиями, разработанными самими израильтянами, что обеспечивает американское военное превосходство над советским/российским оружием. Вот почему, хотя Израилю исторически противостояло "глубинное государство" в Госдепартаменте (с краткой передышкой во время руководства трех великих произраильских госсекретарей, Александра Хейга и Джорджа Шульца при президенте Рейгане, а теперь Майка Помпео), Израиль всегда пользуется огромной поддержкой в Министерстве обороны США.)

2. Социализм в экономике и на телевидении

Когда мы прибыли в Израиль в 1985-м году, наследие первых сорока лет укоренившегося государственного социализма, начиная с основания страны в 1948-м году, все еще было трудно преодолеть. Избрание Менахема Бегина в 1977-м году привело к власти первое нелевое правительство Израиля, но ему повсюду мешала бюрократия "глубинного государства", которая формировалась десятилетиями. "Кроты" "глубинного государства", всю жизнь находящиеся на государственной службе, были везде, трудясь днем и ночью, чтобы саботировать работу его демократически избранного правительства. Подобно «анонимному» автору колонки в New York Times, они игнорировали указания руководства или тормозили их выполнение.

Я окончил Колумбийский университет в 1976-м году по специальности "политология". Таким образом, я прочитал практически все, что когда-либо написал Карл Маркс. Хотя мои профессора любили этого парня, подобное чтение сделало меня ярым антимарксистом. На занятиях я в основном держал язык за зубами, повторяя на итоговых экзаменах то, что надо, и получал хорошие оценки. К своему удивлению, я также узнал, что Карл Маркс на самом деле не был иудеем, а фактически был ярым антисемитом. Он презирал иудейскую религию. Его родители были иудеями по рождению, но обратились в христианство, когда его отец, юрист, не смог найти работу из-за антисемитизма в Германии. Таким образом, Карл возненавидел любую религию, рассматривая ее как искусственную конструкцию, с помощью которой осуществляется дискриминация в обществе, и особенно презирал религию, которую его отец покинул, чтобы зарабатывать на жизнь. Колумбийский университет сделал меня хорошо подкованным в теории марксизма.

Израиль, в который я переехал на два года, по-прежнему оставался преимущественно социалистическим. Это не изменится до тех пор, пока величайший экономический герой Израиля Биньямин Нетаньяху не станет министром финансов и не осуществит Великую капиталистическую революцию, которая, наконец, чудесным образом изменила Израиль и превратила его в капиталистическую экономику американского типа. Но до этого оставалось еще много лет. Кредо было: «От каждого по способностям; каждому по потребностям». Таким образом, если вы заработали много, но на самом деле вам не нужно было все, что вы заработали, они облагали вас налогом, достаточным, чтобы оставить только то, что вам нужно, а остальное раздавали другим. Мой друг, Бобби Б., сказал мне тогда: «Независимо от ваших заработков, ожидайте, что вы принесете домой 7000 долларов в год. Они установили, что здесь каждой семье требуется 7000 долларов».

Вскоре я узнал, насколько далеко простирается мудрость социалистического правительства.

Чтобы побудить израильтян не быть материалистами, правительство социалистов-трудовиков, «Большой брат», не наказывало за то, что оно считали нужным для вас... но оно обложило двойным налогом то, что, по его мнению, вы желали только из жадности. Я до сих пор помню эти примеры из 1985-го года: стиральная машина - нет штрафа. Правительство соглашается, что вам нужна стиральная машина. А вот на сушилки - 100% налог: развешивайте одежду на веревке с помощью деревянных прищепок. Холодильник - нет штрафа. А вот на морозильник - 100% налог. Телевизор - нет штрафа. А вот за видеомагнитофон (помните такой?) - 100% доплата: видео смотреть не обязательно. Кукурузные хлопья - нет штрафа. А вот на Rice Krispies (рисовые хлопья) - 100% налог. Был налог на радио в машине; левые трудовики-социалисты не видели необходимости в том, чтобы вы слушали радио за рулем.

Я был вынужден изучать социализм на уровне бакалавра в "башнях из слоновой кости" Колумбийского университета. Теперь я получал следующую степень в реальной жизни.

Я увидел, как на самом деле люди живут при социализме. Они обманывают. При социализме все жульничают как сумасшедшие - арабы, евреи, христиане. Каждый. Можно ли назвать это «жульничеством», когда все это делают? Продавец автомобилей предлагал переставить магнитолу так, чтобы она поместилась в бардачке. Если полицейский остановит вас за нарушение правил дорожного движения, он не заметит, что у вас есть радио, и вы сможете избежать уплаты налога на автомобильное радио. Люди умоляли членов семьи и друзей, приезжающих из-за границы, привезти пару коробок Rice Krispies и, конечно, тайком провезти видеомагнитофон в их багаже (сушилки и морозильники были слишком тяжелыми).

Один из законов запрещал иметь банковские счета в американских долларах (израильская валюта в то время вышла из-под контроля из-за инфляции). Поэтому люди копили американские доллары, коллекционируя их, словно каждый был пенни Линкольна с двойной штамповкой 1955-го года, и прятали их под плитками пола. Это было безумие. Запрет привел к такой гонке за долларами, что возник дикий "черный рынок". Каждая из трех ежедневных израильских газет каждый день публиковала на своих первых полосах текущие расценки на покупку долларов у ненадежных уличных торговцев («Приятель, нужны "вашингтоны"?»). Дошло даже до того, что жена премьер-министра Израиля использовала свое пребывание в округе Колумбия в середине 1970-х годов, когда ее муж был послом Израиля в Америке, чтобы открыть счет в американском банке и накопить доллары. Израильские СМИ опубликовали эту историю, и премьер-министр был вынужден уйти в отставку. Все настолько рехнулись, что министр финансов Израиля предложил использовать американский доллар в качестве законного платежного средства в стране вместо шекеля.

В те дни, когда еще не было кабельных сетей, социалистическое правительство также контролировало телевидение. Здесь, в Америке, у нас было порядка семи телевизионных станций. В Израиле - только одна утвержденная правительством станция. Они транслировали по телевидению то, что, по их мнению, было хорошо для вас, когда вы перевариваете субсидируемые государством кукурузные хлопья, хлеб и молоко. Касторка для души. Чтобы способствовать более тесному еврейско-арабскому сосуществованию, они каждый вечер выделяли час или два на программы только на арабском языке. Евреи не смотрели, поскольку, помимо прочего, мы не понимали язык. Так что в эти часы не было телевизора, а видеомагнитофоны облагались двойными налогами, чтобы вы не отвлекались от телевизора. Следовательно, практически каждый еврей в Израиле должен был установить специально разработанную антенну, которая была способна принимать телевизионный сигнал из соседнего Ливана, нашего смертельного врага, но союзника в части повторов американских ТВ-программ. Тогда в Южном Ливане доминировали христиане-марониты (с тех пор они были изгнаны или уничтожены арабами-мусульманами их Хезболлы, точно так же, как арабы-мусульмане искоренили и уничтожили большинство оставшихся христианских общин на Ближнем Востоке). У них была телевизионная станция, принадлежащая христианской сети Пэта Робертсона и управляемая ею. Хотя эта станция транслировала христианские программы по несколько часов в день, каждый вечер она показывала повторы некоторых американских телешоу. Таким образом, у евреев Израиля каждый вечер был выбор между повторами американских программ Пэта Робертсона в Ливане и одобренными правительством полезными фильмами, чередующимися с одобренными правительством полезными ток-шоу с визжащими и вопящими левыми профессорами-социалистами, одобренными телевизионным политбюро правительства социалистов-трудовиков. Последняя капля: однажды вечером, после необычайно напряженного рабочего дня, все, что они показывали - это двухчасовой научно-популярный фильм «Лягушки, змеи и черепахи». Я полез на крышу с пришедшим в гости другом Дэном, разобрался, как крепить антенну, и сразу же, благодаря христианскому вещанию из Южного Ливана, мы стали смотреть повторные показы Battlestar Galactica и The A-Team. Пэт Робертсон добавил годы моему непростому первому браку. Моя телевизионная антенна на крыше позволила обойти левых кибуцных социалистов. Я люблю, когда план удается.

3. Социализм в здравоохранении

Мы все также прошли курс социализированной государственной медицины. Мы были лабораторией Obamacare. У вас был их врач. Их план медицинского страхования. Вы могли выбрать один из небольшого числа планов медицинского страхования, связанных с политическими партиями. Но на самом деле все было одинаково. Три десятилетия спустя самыми яркими являются два воспоминания:

Каждый раз, когда кому-нибудь из нашей семьи приходилось обращаться к врачу по какой-либо причине, мы всегда видели одну и ту же пожилую пару среди пациентов в приемной. Однажды я спросил о них у врача. Он объяснил: «О, они совершенно здоровы. Они просто любят приходить каждый день. Поскольку это им ничего не стоит, а посещение врача оплачивает правительство, почему бы и нет?"

Почему бы и нет.

Другое мое воспоминание - гораздо серьезнее. В нашей общине произошла вспышка гепатита А. Напомню, что мы, 35 молодых семей, строили новую общину. На определенных этапах строительства были лужи грязной воды и ила. Некоторые рабочие время от времени испражнялись в этих местах, и в конце концов произошла вспышка гепатита А. Он распространился в общине. Рекомендуемым лекарством для защиты от гепатита А был гамма-глобулин. Все искали лекарство. Врач, однако, объяснил, что правительство сэкономило деньги на всеобщем общественном здравоохранении, ограничив круг лиц, которые могут получать гамма-глобулин. Согласно руководящим принципам социализированной медицины трудовиков, гамма-глобулин не может использоваться до тех пор, пока количество местных жителей, заразившихся гепатитом А, не достигнет определенного процента населения. Как только будет достигнуто необходимое количество случаев, он сможет вводить лекарство. Он заверил нас (небольшое утешение), что мы скоро достигнем «эпидемического» порога, и тогда всех можно будет лечить. Социализированная медицина, всеобщее здравоохранение - это когда о вас заботится государство.

Так что мы переживали мрачный ежедневный кошмар, ожидая, кто заразится следующий. Осталось еще 18. Еще только 13. Только 9. Только 7.

Мой друг и сосед Дэн улетел со всей семьей в Америку, чтобы навестить своих родителей - и сделать всем инъекции гамма-глобулина. Другие, кто мог себе это позволить, наняли частных врачей, заплатив за лекарство американскими долларами на "черном рынке". А те, кто, как и большинство из нас, не мог позволить себе частное медицинское обслуживание в экономике, где расходы на государственное здравоохранение приводили к таким высоким налогам, что у нас не было свободных денег, просто ждали. Осталось еще 4.

Один очень дорогой мне человек был одним из трех последних, кто заразился до того, как было достигнуто волшебное «эпидемическое» число. Он сильно пострадал. Это не было опасно для жизни, но очень изнурительно несколько месяцев. Этот человек получал очень хорошую зарплату, был "звездным" сотрудником компании. В течение следующих нескольких месяцев он больше не мог работать. Из-за гепатита А человек не мог подолгу добираться до работы и работать сверхурочно. После продолжительных отпусков и больничных этот "звездный" сотрудник был уволен. Он лишился дохода. Семья была разорена.

4. Учимся не работать

Я невероятно трудолюбив. Я могу ничего не достичь, но я посвящаю этому 18 часов в день. Даже сейчас я являюсь раввином ортодоксальной синагоги, адъюнкт-профессором права для 175 студентов каждый год, практикующим юристом и юридическим консультантом, постоянным личным и профессиональным наставником для десятков моих бывших студентов-юристов, старшим членом раввинского совета и региональным вице-президентом на Западном побережье Коалиции еврейских ценностей, крупнейшей раввинской обшественной и политической организации в Америке, довольно востребованным оратором, активно участвую в Раввинском альянсе Америки и Раввинском совете Америки и на регулярной основе пишу комментарии для двух уважаемых изданий. Как я нахожу время: (1) не сплю и (2) больше не смотрю и даже не слежу за футболом НФЛ - сорокалетняя страсть, с которой я обещал в прошлом году покончить, если Роджер Гуделл не исправит позор с государственным гимном в этом виде спорта (он этого не сделал, а я сделал: обещание дано, обещание выполнено).

Я всегда был таким, за исключением одного года: с середины 1984-го по середину 1985-го года. Магия социализма. (С датами тут, похоже, ошибка)

В Израиле меня сразу же наняли в специальную среднюю школу, где учились по обмену подростки из Америки. Меня заставили против моей воли вступить в левый социалистический профсоюз Гистадрут. Я отказывался. Мне сказали: «Значит, нельзя преподавать здесь». Я ответил: «Тогда я буду преподавать где-нибудь еще». Они честно возразили: «Если вы не вступите в профсоюз Гистадрут, вы не сможете преподавать нигде в системе государственного образования Израиля». Так я вступил в профсоюз Гистадрут.

Меня наняли преподавать два предмета. Через четыре месяца руководство почувствовало, что я очень выделяюсь среди преподавателей, и меня назначили «помощником директора» всей программы. Вау! Ура!

Но мне не прибавили зарплату. Я спросил, почему нет прибавки; моя рабочая нагрузка увеличилась вдвое. Они объяснили: «Вам не нужно больше. Но ваши способности позволяют вам делать больше». Как писал антисемит Маркс: от каждого по способностям, каждому по потребностям. В добавок к этой травме, я получил по почте после окончания учебного года письмо: вас уволили!

Что?!

Поэтому, когда я снова посетил офис, то спросил: «Вы никогда не увеличивали мою зарплату. Вы удвоили мою нагрузку и обязанности. Вы сказали мне, что я здесь суперзвезда. Почему тогда вы меня уволили?»

Ответ: «Успокойтесь. Присаживайтесь, Дов. Вы бы хотели чашечку чая? Как насчет печенья? Оно очень хорошее - его только что испекла жена. На самом деле вас не уволили. Разве вы не знаете, как это работает? Согласно правилам профсоюза, если мы повторно нанимаем вас, хотя бы один раз, у вас будет пожизненный найм, и мы никогда не сможем изменить ваш статус. Профсоюз добился этого. Так что теперь мы просто ежегодно увольняем всех. А затем мы разрешаем всем повторно подать заявку на «новую работу». Затем мы нанимаем на год. Потом снова увольняем. Затем вы повторно подаете заявку, и мы снова нанимаем вас. Значит, вы не уволены. Я даже могу нанять вас на новую работу прямо сейчас, пока вы едите печенье. Я даже могу снова дать вам должность помощника директора.»

Так это закончилось. К черту профсоюз Гистадрут! Я сжег свой профсоюзный билет так же, как мои однокашники из Колумбийского университета сожгли свои призывные повестки.

Вскоре я начал активно работать на трех новых преподавательских должностях, все на уровне колледжа. Я заметил, что каждый работодатель удерживал подоходный налог по разным ставкам. Я узнал, что поскольку у меня уже был один доход, второй доход должен облагаться непомерно высоким налогом, потому что социалистическое правительство решило, что мне в действительности не нужно столько дополнительных денег. А третий работодатель по той же причине брал налог по еще более запретительной ставке. Я посчитал и понял, что чистый доход от моей третьей работы не стоит того. Затем, подсчитав расходы на дорогу и уход за детьми, связанные с моей второй работой, я увидел, что вторая работа после уплаты налогов также бесполезна. Поэтому ее я тоже бросил. Вскоре друг сказал мне: «Ну, если вы посмотрите на это с такой точки зрения, вам не выгодно работать и на первой работе, потому что, если у вас нет дохода, социалистические социальные службы будут платить вам почти столько же, сколько вы от нее получаете." Это оказалось правдой.

Я добровольно стал безработным. Начал получать все, что у них было - то, что Обама назвал бы «льготами». Работать действительно не имело смысла. Система все равно не позволяла мне продвигаться, так и черт с ней! По мере необходимости я время от времени посещал государственное бюро по трудоустройству, где их второсортные «эксперты» с пожизненной занятостью быстро определяли, что у меня нет необходимых навыков, и для меня нет работы. Они ставили галочку и предлагали мне печенье. Однажды мой ближайший сосед Сеймур спросил меня, читал ли я когда-нибудь что-нибудь из «Энн Рэнд». Я сказал: «Нет, никогда о ней не слышал». Он был ошеломлен: «Вы закончили Колумбийский университет по специальности "политология" и никогда не слышали об Энн Рэнд?» Поэтому он одолжил мне свой экземпляр «Мы, живые» Айн (рифмуется со словом «mine») Рэнд.

Я не мог оторваться от книги. О, МОЙ БОГ! - это именно то, в чем я жил, социализм, как он есть. Я узнал больше про автора; она изменила свое имя с Алисы Розенбаум, «члена племени». Я пропустил "Источник" и перешел прямо к "Атланту". И в конце концов я узнал ответ: я - чертов Джон Голт!

Вот так два года жизни при социализме сделали меня сторонником капитализма.


Мой перевод из How Living Two Years Under Socialism Made Me a Capitalist.

На фото - организованное Гистадрутом празднование 1-го мая в 1983-м году (из Национальной библиотеки Израиля).

«От каждого по способностям; каждому по потребностям» - это уже не социализм, а настоящий коммунизм! Все прямо по Войновичу:

"Но один вопрос для меня был существенным: каким образом соблюдается в Москорепе основной принцип коммунизма - от каждого по способности, каждому по потребности. Я спросил об этом Смерчева, и он сказал, что, конечно, именно этот принцип самым непосредственным образом и соблюдается.
- Значит, - спросил я, - каждый человек может войти в любой магазин и совершенно бесплатно взять там все, что хочет?
- Да, - сказал Смерчев, - каждый человек может войти куда угодно и выйти оттуда совершенно бесплатно. Но никаких магазинов у нас нет. У нас есть прекомпиты, иначе говоря, предприятия коммунистического питания, вроде бывших столовых. Они располагаются в меобскопах, то есть местах общественного скопления. Кроме того, мы имеем широкую сеть пукомрасов - пунктов коммунистического распределения по месту служения комунян. Там каждый комунянин получает все, в чем имеет потребность, в пределах полного удовлетворения.
- Понятно, - сказал я. - А кто определяет его потребности? Он сам?
- Чистейшей воды метафизика, гегельянство и кантианство! - радостно воскликнула Пропаганда Парамоновна.
Но Смерчев бросаться ярлыками не стал, хотя и сказал, что вопрос мой ему кажется просто странным.
- Ну зачем же самому человеку определять свои потребности? Для этого он, может быть, недостаточно подготовлен. Может быть, у него какие-нибудь, так сказать, несбыточные желания, которые он считает потребностями. Может, он луну с неба захочет взять. Нет, так нельзя. Для определения потребностей каждого у нас повсюду существуют Пятиугольники, как Верховный, так и местные. В них входят наши партийные, религиозные активисты, работники БЕЗО и другие. Прежде чем определить, какие у того или иного человека потребности, надо выяснить его индивидуальные физические и моральные особенности, его вес, рост, идейные взгляды, отношение к труду, степень участия в общественной жизни. Естественно, что у человека, который хорошо трудится, выполняет производственные задания, ведет общественную работу, прилежно изучает труды Гениалиссимуса, у такого человека, понятно, потребности гораздо выше, чем у какого-нибудь лентяя или нарушителя общественной дисциплины."

Tags: Израиль, социализм
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 71 comments

Recent Posts from This Journal