igor_piterskiy (igor_piterskiy) wrote,
igor_piterskiy
igor_piterskiy

Categories:

История о Джо Маккарти и маккартизме.

McCarthy.jpg

Ирландский забияка с мозгами покерного аса

Понятие «герой-одиночка» предлагает нам набор ассоциаций: борец с несправедливостью и злом, окружённый непониманием и агрессией, всегда защищающий интересы простых людей. Имя «Джозеф Маккарти» тоже предлагает набор ассоциаций: слуга капиталистического режима, враг инакомыслия, палач и садист, разрушитель жизней. Между тем, настоящий, а не созданный леволиберальными СМИ, академией или шоу-бизнесом Маккарти соответствует как раз определению одинокого волка на страже свободы и демократии.

Почему сенатор оказался такой удобной мишенью для клеветы? Как вышло, что, по словам историка Пола Кенгора, «Джо Маккарти превратили в демона страшнее Джо Сталина»? И почему на исторических каналах предпочитают славить Че Гевару и проклинать Маккарти, хотя, как считает писатель Умберто Фонтова, «Маккарти был законно избранным сенатором, который пытался избавиться от коммунистических агентов в американском правительстве во время, когда Сталин уничтожил и загнал в рабство больше людей, чем Гитлер… Ни один из объектов расследований Маккарти не попал в тюрьму, пусть кто-то и лишился прибыльной работы… Гевара же был главным палачом и связным КГБ для режима, отменившего выборы и частную собственность». Опять возвращаемся к характеру сенатора – одиночка, не слишком искушённый в вопросах политики компромиссов, мало заботился о благообразном имидже.

Более того, среди авторов правоконсервативного крыла критиков Маккарти тоже достаточно. Здесь, правда, можно сделать любопытное наблюдение. Критика сенатора исходит в основном от неоконсерваторов, то есть тех, кто начинал на левом фланге политической мысли – Дэвид Хоровиц, Ирвинг Кристол, британец Пол Джонсон. Более последовательные правые историки и публицисты доброе имя Маккарти усердно защищали, например, М.Стентон Эванс, Ли Эдвардс, Лэрри Швайкарт, Энн Коултер.

Красноречивее других, конечно, блистательная публицистка Коултер: «Миф о “маккартизме” – величайшее орвеллианское мошенничество наших дней. Образ сенатора, как обезумевшего демагога, губящего невинные жизни, является абсолютной ложью. Либералы не дрожали от страха во времена Маккарти. Они продолжали подрывать национальную безопасность, одновременно ведя кампанию по дискредитации сенатора. Всё, что, как вы думаете, вам известно о Маккарти – вымысел. Либералы нападали на Маккарти, так как боялись разоблачений и огрызались, словно загнанные звери, пытаясь скрыть факты своего сотрудничества с режимом, столь же жестоким, каким был нацистский».

Посмотрим на самые устоявшиеся мифы о деятельности Маккарти и убедимся, что Коултер права. И Маккарти тоже. Пусть не все согласятся с таким утверждением. Для начала небольшая историческая справка.

Полезные идиоты, потёмкинские прогрессисты и просто шпионы

Не стоит, конечно, думать, что Маккарти появился из ниоткуда. Борьба с коммунистической идеологией велась задолго до его появления на политической арене. Вспомним битву с «красной угрозой», которую вели президент Вудро Вильсон и генеральный прокурор Александр Палмер. В ход шли самые суровые меры, рейды, аресты, депортации, но и леворадикальные анархисты никак не тянули на несчастных жертв с их пристрастием к бомбометанию и попытками убить Палмера, желательно со всей семьёй. Коммунистическая Партия США тоже набирала обороты, тем более что советская диктатура оказывала ей посильное содействие. Так как с наличными у диктатуры было не очень, то в ход шли ценные подарки. По данным Пола Кенгора, основным источником таких подарков стали разграбленные православные церкви.

При всём своём антикоммунизме Вильсон стал именно тем президентом, который, сам того не желая, приоткрыл дверь для будущего масштабного проникновения советских агентов и им сочувствующих в госучреждения. Вильсон был типичным интеллектуалом-прогрессистом у власти: явление ХХ века, которое ничего хорошего мировой истории не даст. То есть для него правительство интеллектуалов с благими намерениями было рецептом спасения от всех бед. Но так как функции правительства в Америке принято ограничивать, то Вильсон взялся за отмену подобной традиции. Разумеется, интеллектуалы с благими намерениями должны были получить неограниченные полномочия. Но расширение полномочий обещало и угрозу американскому индивидуализму, а заодно и ослабленный контроль за теми, кто в набиравшие влияние госучреждения попадёт. К счастью, уход Вильсона процесс приостановил.

Подъём 1920-х приостановил и популярность левых взглядов. Сменивший Вильсона Уоррен Хардинг к тому же амнистировал некоторых левых деятелей, лишив их ореола «мучеников идеи». Но именно в 1920-е широкий размах приобрели паломничества в СССР американских интеллектуалов. Для этой цели служил корабль «Президент Рузвельт». Любопытное совпадение – Теодор Рузвельт был во многом предтечей Вильсона, впрочем, Пол Кенгор предлагает переименовать корабль в «Полезный идиот». Сталинская показуха работала на все 100%. Интеллектуалы возвращались в США законченными «потёмкинскими прогрессистами» и коммунистическими агитаторами. Фундамент для будущего проникновения тоталитарной идеологии в шоу-бизнес, СМИ и академию был заложен.

Великая Депрессия вернула моду на левизну. Хотя причиной экономического кризиса стало прежде всего вмешательство государства в рыночные отношения, прогрессисты объявили виновником случившегося капитализм. Брать пример предлагалось с внешне столь благополучных и так или иначе отталкивавшихся от социалистической модели СССР, Германии и Италии. Вообще прогрессистам было трудновато определиться с основным объектом симпатии, но со временем таким стал всё же Советский Союз.

Тем временем президент Франклин Д. Рузвельт в качестве спасения от Депрессии решил воспользоваться рецептами Вильсона. Правительство стало расти, а функции его расширяться. Скорее всего, это продлило кризис, а никак не ускорило его завершение. Но обаяние Рузвельта и поддержка интеллектуальных кругов играли ему на руку. Хотя в данном случае важнее другое – по мере разрастания правительства всё меньше внимания уделялось тому, кто попадает туда на работу. А там оказывалось всё больше и больше людей левых взглядов, получивших возможность влиять на политический курс. По замечанию Уиттакера Чемберса, именно тогда власть окончательно сосредоточилась в руках политиков, оттеснивших бизнесменов. Рузвельт получал сигналы о проникновении коммунистов в высшие эшелоны власти, но предпочитал их игнорировать. К тому же терять союзника во Второй Мировой он точно не хотел.

Но в 1945 казавшийся вечным Рузвельт умер, война завершилась, а новый президент Гарри Трумэн получил во враги мощную и всепроникающую коммунистическую идеологию. Отдадим ему должное, Трумэн сразу обозначил антикоммунистическую позицию и старался придерживаться таковой. Во второй половине 1940-х признания бывших коммунистических шпионов Элизабет Бентли и Уиттакера Чемберса сделали достоянием общественности масштабы советской агентурной сети в США. В 1947 началось выявление левых симпатий в Голливуде. Наконец, назревавший в Азии конфликт в 1950 привёл к корейской войне, прямому противостоянию демократической и тоталитарной идеологии. Должен был появиться человек, который бы смог отчётливо сформулировать антикоммунистические настроения в США и по возможности возглавить борьбу с ними. И тут мы обращаемся к нашему герою.

«Врежь им, Джо!»

Джозеф Рэймонд Маккарти родился 14 ноября 1908 года в небольшом городке штата Висконсин. Семья была многодетной и не особенно богатой, так что Джо, толком не доучившись, пошёл работать. Современники описывают юного Маккарти жизнерадостным и общительным молодым человеком, который пользовался всеобщей симпатией. В двадцать лет, не бросая работу, он вернулся к учёбе, а потом поступил в юридический институт. Знакомые той поры поражались работоспособностью и выносливостью Маккарти, а заодно его фотографической памятью. И ещё одно: Маккарти находил время для успешной игры в покер и важных в бытовом смысле знакомств. По крайней мере, если его однокурсники испытывали финансовые затруднения, то Джо всегда приходил на помощь с продуктами, вещами и чем угодно.

В 1935 Маккарти стал дипломированным юристом, а в 1939 был избран судьёй, став самым молодым судьёй Висконсина. Возможно, величайшим юристом он и не был, но его чувство справедливости и желание защищать, прежде всего, «маленьких людей» отмечают все. Как и его повышенное внимание к соблюдению прав женщин и детей. Работа судьи давала освобождение от службы в армии, но Маккарти в 1942 на войну пошёл. Впоследствии ему не раз ставили в упрёк, что он преувеличил свои заслуги, но главное оспорить никто не смог: Маккарти действительно воевал и действительно участвовал в боевых вылетах на Тихом океане. Продолжая службу, Маккарти попытался выиграть выборы в Сенат, но безуспешно. Зато по возвращении Джо развернулся. Бывший демократ, он предпочёл перейти под знамена Республиканской партии и в 1946 выиграл выборы от Висконсина.

Немного о характере Маккарти. Непорочным ангелом он, разумеется, не был. Маккарти в политике – это ирландский забияка из паба с мозгами покерного аса. Кстати, Джо в студенческие годы был отличным боксёром, при этом неизменно удивлял зрителей готовностью пропускать удары, выбирая возможности для проведения победной атаки. Маккарти при всей своей опять же студенческой любви к вечеринкам был к тому же одиночкой по сути. Он не желал становиться частью политического истеблишмента. Он хотел успеха, но по своим правилам. Юридическое же образование позволяло ему никогда не выходить за рамки закона. Такой тип привлекает любовь избирателей, но почти наверняка обречён на громкое поражение в финале карьеры.

А любовь избирателей у Маккарти была. И огромная. Он легко собирал полные залы, мог отвлечь внимание от любого оратора и всегда мог рассчитывать на поддержку простых американцев. Для них Джо был своим – ирландский мужик, ветеран, добившийся всего сам и всегда готовый заступиться за интересы простого человека. Более того, Маккарти ничего не стоило даже в годы сенаторства провести свободное время, устроившись простым работником на ферму (никто не знал, кто этот новый служащий). А разговоры с клерками, секретаршами или рабочими были для него куда интереснее общения с политиками или журналистами. И, разумеется, когда Маккарти произносил речи о противостоянии коммунистам, он слышал от избирателей «Врежь им, Джо!».

И Джо врезал. Да ещё как. В 1950 он произнёс знаменитую речь в Уилинге, обращаясь к женскому республиканскому клубу. Критики Маккарти свели речь к одному моменту – какую цифру называл сенатор, говоря о коммунистах в госдепартаменте. Не то 205, не то 57, не то вообще непонятно сколько. Проверить невозможно, так как аудиозаписи не сохранилось. Маккарти вообще вольно обходился с цифрами, но не настолько, поэтому процитируем интервью с присутствовавшей на мероприятии Евой Лу Ингерсолл : «Он называл цифру “205”, говоря, что их проверяют… А потом сказал “Из них 57 являются членами коммунистической партии”».

Важнее не цифры, а общая направленность речи. Маккарти в ней, а потом и сенатской речи на ту же тему обозначил основные идеи антикоммунистов правого крыла. Религиозная и демократическая Америка должна всеми силами бороться с агрессией атеистической и тоталитарной коммунистической идеологии. При этом для Маккарти напомнил: левые взгляды не имеют ничего общего с нуждами простых людей. Они лишь игрушка для элиты и идеологическая основа для экспериментов над народом. Поэтому Маккарти особенно яростно атаковал американских интеллектуалов и чиновников, связанных с коммунистами: «Это не несчастные и обездоленные, и это не представители меньшинств, кто продаёт страну. Это те, кто пользовался всеми привилегиями, которые даёт самая богатая страна в мире – лучшими домами, университетами и лучшими местами в правительстве. Особенно, такая ситуация характерна для Госдепартамента. Успешные молодые люди – они хуже всех». В качестве примера Маккарти привёл разоблачённого Чемберсом высокопоставленного шпиона Элджера Хисса. С этого момента началась деятельность Маккарти по разоблачению коммунистических симпатий в правительстве. И началась кампания по его дискредитации.

Писатель и правый активист Уильям Ф. Бакли-младший, сотрудничавший с Маккарти, говорил: «Консерватор – тот, кто готов пойти наперекор истории с криком “Стоп!”». Нечто подобное Маккарти и предпринял. Он пошёл наперекор нараставшему давлению коммунистической идеологии. Идеологии, которая во второй половине ХХ века превзойдёт национал-социализм по количеству жертв и агрессивной пропаганде. Одержать победу в такой схватке очень сложно. Но Маккарти это не останавливало. Левые деятели не должны ощущать полную безнаказанность. Их необходимо призывать к ответу. Пусть на их стороне те, кому по силам влиять на общественное мнение.

Непродолжительная, длившаяся около четырёх лет, но яркая схватка Маккарти с левыми и вставшим на их сторону истеблишментом, воспринимается большинством через настойчиво вбиваемые леволиберальными СМИ мифы. Рассмотрим некоторые из них и по возможности опровергнем.

«Маккарти преследовал голливудских кинематографистов»

Наверное, самое распространённое заблуждение. Маккарти к Голливуду не имел ни малейшего отношения. Разоблачение левого и прокоммунистического крена «фабрики грёз» началось, напомню, ещё в 47-м и действовал там Комитет по антиамериканской деятельности, никак не связанный с Маккарти. Да, разоблачения продолжились во время подъёма популярности Маккарти, но пытаться их объединить – это, как сказала бы язвительная Коултер «всё равно, как если бы консерваторы объединяли чёрных радикалов, левых радикалов и всех пьяных водителей под определением «кеннедизм» (речь об Эдварде Кеннеди, если кто не догадался). И пусть Маккарти был популярен среди простых американцев. Для его коллег-политиков сенатор, постоянно находившийся под прицелом критики президентов и прессы и бывший объектом регулярных сенатских расследований, вряд ли виделся образцом для подражания.
Между тем проблема в Голливуде если и была, то не в давлении Маккарти, а в его отсутствии. Засилье левых взглядов среди кинематографистов отмечали даже те, кто критиковал Комиссию (режиссёр Сэмюэл Фуллер, например). А о нетерпимости голливудских левых к инакомыслию писал, например, даже успевший поработать в Голливуде не очень политизированный мэтр американской литературы Ф.С.Фитцджералд : «С ними невозможно спорить. Любую вашу фразу они извратят до такой степени, чтобы вы выглядели как низшая форма жизни». Травля неугодных и вытеснение из профессии за антикоммунистические взгляды в Голливуде тоже имели место. Как это произошло с выдающимся драматургом и сценаристом Морри Рискиндом. Комиссия некоторый порядок на «фабрике звёзд» навела, но, как станет ясно очень скоро, недостаточный. И с 60-х от потока целлулоидной левой пропаганды уберечь нас уже некому. Кто знает, может, у Маккарти получилось бы лучше.

Ах да, у врагов Маккарти есть ещё один презабавный аргумент – фильмы, в которых персонажи с лицами Вуди Аллена или Барбры Страйзенд убедительно страдают от эпохи маккартизма (имею в виду «Подставное лицо» Мартина Ритта и «Такими мы были» Сидни Поллака). Но следует помнить неоспоримую истину : по мейнстримным и артхаусным фильмам можно судить о моде, настроениях или заблуждениях исторического периода, но не стоит верить их трактовке самих событий. Энн Коултер так суммирует рассказы о страданиях голливудских деятелей в 40-50-е : «Разумеется, это было ужасно…Только каменное сердце не дрогнет от историй о сценаристах, которые не могли продать эпизод «Сумеречной зоны» три года. Есть ужасающие свидетельства о тех, чьи имена исчезли из титров сериала «Военно-полевой госпиталь». Некоторые вынуждены были бежать в Париж и торговать своими полупорнографическими эссе оттуда. Такие вот страдания описаны в многочисленных слезливых мемуарах, фильмах, представлены на выставках и мероприятиях в честь переживших попадание в «чёрные списки»…А в это время в стране, которую вся эта публика предпочитала своей, людей хватали среди ночи и отправляли в лагеря. Ссылали на принудительные работы. Или расстреливали, заставив признаться в самых немыслимых преступлениях».

«Маккарти установил режим террора, устраивал облавы и аресты, губил невинных людей»

Многие только посмеются, но ведь в этот бред до сих пор верят. Для демонстрации того, насколько этот миф далёк от правды, процитирую вообще критиков Маккарти. Историк Пол Джонсон : «У Маккарти не было полиции. Он не обладал исполнительной властью…У него в подчинении не было судов. Более того, суды ему активно противодействовали». Публицист Дэвид Хоровиц : «То, что в реальности происходило с американскими коммунистами в те годы, не соответствует страшным историям. Никого не расстреляли, никого не пытали, почти никто не попал в тюрьму». При этом Хоровиц говорит о коммунистах 40-50-х вообще, даже не о тех, кто попал в сферу интересов Маккарти.

Что касается самой сферы. Сенатор отнюдь не занимался отловом шпионов под кроватями соотечественников. Его задачей было определить уровень риска, который те или иные служащие госдепартамента представляют для безопасности США в силу их связей с компартией или околокоммунистическими организациями. А заодно интересоваться, почему факты проникновения коммунистов в эшелоны власти скрываются от общественности. Маккарти : «Говоря о коммунистах в правительстве, мы не имеем в виду продавшихся за тридцать сребреников шпионов, которые торгуют чертежами оружия. Перед нами более зловещая форма активности, позволяющая врагу формировать и направлять нашу политику».

Кого именно разоблачил Маккарти, мы вспомним в следующей главке, а пока обратимся к «невинным жертвам» сенатора, точнее, к их отсутствию. Историк М.Стентон Эванс говорил : «Когда я слышу разговоры о пострадавших от Маккарти невинных людей, то прошу назвать хоть одного. Ещё никто не смог этого сделать». Часто в жертвы записывают инженера Рэймонда Каплана и Энни Ли Мосс. Насколько обоснованно? Решайте сами.

Каплан попал под грузовик в 53-м. Потом нашли предсмертную записку, явно указывавшую на самоубийство. Так как Каплан участвовал в расследовании по поводу построенного в неправильном месте передатчика для «Голоса Америки», а занимался делом Маккарти, то инженера сразу объявили жертвой сенатора. Но при этом игнорируется важный момент : Каплан был свидетелем со стороны Маккарти и собирался давать необходимые сенатору показания. Легенда рушится, как карточный домик.

История с Энни Ли Мосс, чернокожей служащей шифровального отдела Пентагона и коммунисткой, тоже относится к позднему периоду деятельности Маккарти, когда каждое его действие подвергалось атакам и осмеянию СМИ. Мосс перед комитетом Маккарти успешно притворилась дурочкой, а враги сенатора радостно объявили : сенатор опозорился и взялся не за ту Мосс. Ошибся именем. Потом историки подтвердили правоту нашего героя. Он не ошибся. Мосс действительно представляла опасность, так как работала в военном ведомстве, являясь членом враждебной США организации.

«Маккарти не только преследовал невинных людей, он ещё не смог разоблачить реальных врагов Америки»

С «невинными» мы вроде как разобрались. Что касается утверждения «Маккарти не разоблачил ни одного коммуниста в правительстве», то историк Лэрри Швайкарт прямо называет его «абсурдной ложью». Маккарти не на пустом месте строил свои обвинения. Он тщательно изучил существовавшие в конце 40-х докладные записки о проникновении коммунистов в правительство. И с судейской въедливостью проверил каждое дело, насколько это позволяло противодействие трумэновской администрации. Эванс в своей книге «Оклеветанный историей» публикует списки Маккарти с его подробными комментариями едва ли не по каждой фамилии. Списки, которые он предоставлял в комитет Тайдингса, расследовавший его обвинения (об этом чуть ниже).

Чтобы не перегружать читателя именами, назову лишь некоторые. Мэри Джейн Кини – имевшая доступ к секретным документам служащая Военно-Экономического совета в годы войны и ООН. Позже она будет официально признана советской шпионкой на основе рассекреченных материалов. Густаво Дюран – работник госдепартамента и ООН, при этом со времён гражданской войны в Испании числившийся в докладах спецслужб, как советский агент. Джон Картер Винсент – дипломат, сторонник просоветской линии в отношении Китая. Т.А.Биссон – тоже служащий Военно-Экономического совета, а после сотрудник левого Института Связей с Тихоокеанским Регионом, в годы войны передававший в Москву секретные документы. Список можно продолжить.

Сенатор напомнил и о деле «Амеразии». Журнал крайне левых взглядов публиковал секретные документы, попавшие туда не без помощи дипломатов (например, Джона Стюарта Сервиса). В 45-м за «Амеразию» взялись, но прослеживать связи с чиновниками из госдепартамента усердно не стали. Маккарти обратил внимание на попытки скрыть от общественности все особенности этого дела.

Маккарти проявлял особый интерес к политике США в Китае. Точнее, на тех, кто сделал её прокоммунистической и позволил прийти к власти Мао Цзэдуну. И, наверное, Маккарти единственный политик, кто пытался привлечь к ответственности если не сам тоталитарный режим Мао, то, по крайней мере, его западных сообщников. Тех, кто создавал у правительства впечатление о порочной сущности Чан Кайши и фильтровал информацию в пользу Мао. Маккарти особенно активно атаковал Оуэна Лэттимора, востоковеда и ведущую фигуру в упоминавшемся Институте Связей с Тихоокеанским Регионом. Его сенатор называл «архитектором нашей дальневосточной политики». Их противостояние оказалось продолжительным. На стороне Маккарти были данные, что Лэттимор с 30-х сотрудничал с ГРУ, но и этого не всегда было достаточно. Только подкомитет Сената по внутренней безопасности доказал вину Лэттимора в 52-м году. Сегодня сомнений нет : Лэттимор был «сознательным пособником советского заговора». А Маккарти снова оказался прав. Профессор Лэттимор сделал всё, чтобы американское правительство отказало в поддержке Чан Кайши и предпочло ему товарища Мао. Как само собой разумеющееся прибавим статьи востоковеда в защиту сталинских чисток. Разговоры о том, что Лэттимор не состоял на госслужбе, критики не выдерживают. Госдепартамент щедро оплачивал услуги профессора.

Как видите, даже при наличии веских доказательств вины того или иного объекта расследования, Маккарти сталкивался с серьёзным противостоянием. Что подводит нас к следующему мифу.

«Маккарти подчинил себе президентов Трумэна и Эйзенхауэра»

Совсем нет. Маккарти встречал в основном противодействие высших лиц государства. Позицию Трумэна понять проще. Да, он тоже был антикоммунистом, но позволить Маккарти углубить расследование и продемонстрировать, насколько глубоко за время Рузвельта коммунистические агенты проникли в госучреждения – это было бы серьёзнейшим ударом по Демократической партии. Поэтому Трумэн по мере сил пытался противостоять Маккарти. С Эйзенхауэром сложнее. Маккарти принимал участие в предвыборной кампании Айка, и популярность сенатора Эйзенхауэру, безусловно, помогла. Однако его благодарность ограничилась тем, что Маккарти получил комитет в Сенате. Точнее, Комитет по правительственным операциям, куда входил Постоянный подкомитет сенатских расследований. Произошло это в 53-м году. (Да, до 53-го года у Маккарти не было в подчинении никакой сенатской организации.) Но помощи от Эйзенхауэра сенатор получал не больше, чем от Трумэна. Причин тому находят много. И атака Маккарти на генерала Маршалла, которую Эйзенхауэр не одобрял. И влияние советников Айка, создававших у президента негативный образ сенатора. И принадлежность Эйзенхауэра и Маккарти к разным крыльям Республиканской партии (первый к более умеренному, особенно, в вопросах внешней политики, второй – к полагавшему, что наследие демократов в международной политике следует полностью переосмыслить). Но для нас главное – Маккарти не был союзником действующих президентов. Скорее, оппозиционером. И раз речь зашла о политиках, то вот ещё один миф.

«Солидные политики избегали контактов с Маккарти»

В главке о Голливуде я отмечал, что многие политики опасались следовать прямому примеру Маккарти. Но среди друзей этого одиночки можно обнаружить весьма неожиданных людей. Например, братьев Кеннеди. Их есть за что критиковать, но преданность своему ментору, пусть и из другой партии, Джон и Роберт сохранили. Например, когда какой-то гарвардский оратор упомянул в одинаково негативном свете Элджера Хисса и Маккарти, Дж.Ф.К. взорвался : «Как вы смеете ставить рядом имена предателя и великого американского патриота». Р.Ф.К. был ещё ближе сенатору и работал его помощником. Маккарти даже стал крёстным отцом для сына Роберта Кеннеди. Был и случай, когда во время антимаккартистской речи Эдварда Р. Мёрроу (к нему мы ещё вернёмся), Кеннеди демонстративно покинул зал, подчёркивая презрение к оратору и уважение к Маккарти.

«Деятельность Маккарти никто не контролировал»

За четыре года активной деятельности Маккарти пять раз становился объектом расследований. Прежде всего вспомним комитет Тайдингса. Сенатский комитет под руководством демократа Милларда Тайдингса (полное название Подкомитет по расследованию лояльности служащих госдепартамента) должен был разобраться с обвинениями Маккарти 50-го года. На самом деле комитет делал всё, чтобы оправдать названных сенатором людей. Маккарти дали произнести обвинительную речь, но не позволяли вести допрос свидетелей. К тому же показания в пользу доводов сенатора показательно отметались. Деятельность комитета Тайдингса ознаменовалась двумя анекдотическими эпизодами. Во-первых, среди выступавших перед комитетом был Эрл Броудер, в 40-е генсек американской компартии и советский шпион (позже это подтвердится документально). Броудер по мере сил помог комитету, отрицая членство в компартии ряда подозреваемых или просто отказываясь отвечать, поэтому был удивлён, получив повестку в суд «за неуважение к комитету». Анекдот, впрочем, не в этом. Единственным свидетелем защиты в том разбирательстве стал…Джозеф Маккарти.

На вопрос, подтверждает ли он нежелание Броудера сотрудничать, сенатор ответил : «…за всё время работы в суде я не видел более идеального сотрудничества между свидетелем и председателем комитета. Когда свидетель отказывался отвечать, это встречало полное понимание комитета. Комитет вообще не интересовался получением от свидетеля информации, которая бы указывала на присутствие коммунистов в правительстве…Свидетель принял самое активное участие в работе комитета, главной целью которого являлось скрытие от общественности правды».

Второй эпизод связан с самим Тайдингсом. В определенный момент сенатор объявил, что готов предоставить веские доказательства лжи Маккарти и обнародовать аудиозапись речи в Уилинге. Тайдингс принёс фонограф и занял перед ним эффектную позу. Поза так впечатлили прессу и коллег Тайдингса, что они почему-то забыли попросить его включить фонограф. А зря – позже сенатор признался, что никакой записи у него не было, а вся его работа на публику была просто антимаккартистским трюком.

Комитет Пэта Маккаррана (тоже демократа, но демократа антикоммунистического склада), напротив, за доказательства Маккарти взялся с куда большей основательностью и, например, полностью подтвердил виновность Лэттимора. Ну, а о поединке Маккарти с армией или слушаниях по его делу в 54-м поговорим чуть позже.

«Маккарти сделал прессу безвольным орудием в своих руках»

Союзники-журналисты у Маккарти были. И довольно известные. Например, Джордж Сокольски или Уэстбрук Пеглер. Но леволиберальная пресса атаковала сенатора непрестанно. Другое дело, что до поры до времени без определённого успеха. В 53-м либеральный колумнист Джек Андерсон раздражённо признавался : «Мы использовали против Маккарти все известные трюки, но его, кажется, ничем не проймёшь».

Самым известным обличителем Маккарти стал Эдвард Р. Мёрроу (да, это с его речи уходил Роберт Кеннеди). Мы этого радиоведущего знаем по киноагитке Джорджа Клуни «Спокойной ночи и удачи» 2005 года. Мёрроу, например, раздул историю вокруг Энни Ли Мосс (и, как уже говорилось, основательно её переврал в свих интересах). При этом не стоит считать Мёрроу эталоном объективности. Его очевидные левые пристрастия сказались, например, в том, что он в бытность свою исполнительным секретарём Комитета по помощи иностранным учёным при Институте международного образования участвовал в приглашении в США деятелей из небезызвестной Франкфуртской школы. Маккарти пытался обратить внимание публики на связь Мёрроу и марксистских философов, но к тому времени сенатор утратил свою популярность. Сегодня об этом можно только пожалеть – ведь у Америки был шанс при помощи Маккарти спасти себя (да и всех нас) от претенциозного занудства, политкорректности и примитивного антиамериканизма, которыми и прославилась Франкфуртская школа.

«Маккарти был расистом и антисемитом»


Здесь снова процитирую Коултер : «Маккарти поддерживал равные права для чёрных и активно выступал в чёрных сообществах. До того, как это стало модным, он начал приглашать на работу самых разных людей – женщин, геев и евреев. Его не волновали раса, пол или сексуальная ориентация. Его волновали коммунисты в шифровальном отделе Пентагона». Жена Маккарти, красавица Джин Керр, тоже активно помогала в кампании сенатора.

И это ещё не всё. Когда Маккарти занимался делами «Голоса Америки», то он требовал обязательных трансляций на Израиль и непременно на иврите, а разоблачение антисемитизма в советском блоке ставил одной из главных задач «Голоса».

«Маккарти сжигал книги»


Вот пример того, как реальные события извращаются СМИ и преобразуются чёрт знает во что. Идея Маккарти 53-го года была проста : финансируемые правительством информационные центры не должны содержать книги коммунистической и антиамериканской направленности. Речь шла не только об информационных центрах внутри США, но и за пределами страны. Выдумывать запреты и цензуру бессмысленно – частные библиотеки и книжные магазины могли продавать любую литературу, но тратить деньги американских налогоплательщиков на антиамериканскую пропаганду вряд ли было разумно. Думаю, никто не возражал бы против отсутствия в подобных библиотеках нацистской литературы. А Маккарти противостоял пропаганде не менее тоталитарной идеологии.

Среди союзников сенатора были даже экс-марксисты, не одобрявшие попадание своих книг бурной молодости в государственные инфоцентры. Например, поэт Лэнгстон Хьюз на вопрос «Должны ли такие книги быть на полках по всему миру с печатью одобрения правительства США?» ответил категорично : «Я удивлён, что именно такие мои книги попали туда. Мой ответ «нет»…Я бы предпочёл, чтобы там были выставлены мои недавние книги…Они опровергают мои ранние труды и выражают мои демократические убеждения».

Правда, в прицел Маккарти попал и действительно выдающийся автор, мэтр криминального романа Дэшилл Хэмметт. Но при всём уважению к замечательным романам и рассказам Хэмметта 20-30-х, напомню : со второй половины 30-х «Дэш» перестал писать, а сосредоточился на левом активизме низшего пошиба. В основном бывший писатель собирал подписи в поддержку сталинской политики и громогласно защищал коммунистического диктатора. Может, Маккарти и не стоило требовать, чтобы госбиблиотеки отказывались от книг Хэмметта. Но винить стоит не сенатора, а писателя-сталиниста. Как-никак в 53-м образ отличного автора поблёк, а вот образ защитника тоталитарной идеологии был, напротив, ярок.

Иван ДЕНИСОВ. История о Джо Маккарти и маккартизме. Часть 1
Иван ДЕНИСОВ. История о Джо Маккарти и маккартизме. Часть 2
Tags: США, антикоммунизм
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 31 comments